Искусство создания денег в современной экономике
Авторы: Михаил Галкин, Дарья Володина, исследователи Проектно-учебной лаборатории экономической журналистики НИУ ВШЭ
Вадим Грищенко
Существует несколько причин, почему важно понимать механизм создания денег в экономике, объясняет Вадим Грищенко: «Во-первых, модели, некорректно учитывающие особенности данного процесса, могут терять объясняющую и прогнозную силу. Во-вторых, есть неудачный мировой опыт, когда ДКП (денежно-кредитная политика — Ред.) в развитых странах в период кризиса 2007—2008 гг. была слишком осторожной из-за опасений гиперинфляции, связанных с риском масштабного расширения балансов центральных банков. В-третьих, понимание процесса создания денег необходимо для анализа рисков ценовой и финансовой стабильности, а также для разработки цифровых валют центральных банков».
Иерархия денежной системы
В современных финансовых системах функционируют различные агенты. Среди них выделяют: центральный банк, коммерческие банки и «небанки» — домохозяйства, фирмы и небанковских финансовых посредников. При этом, как поясняет Вадим Грищенко, денежные системы имеют иерархическую структуру, в которой агенты более высоких уровней имеют преимущество. «Небанки», например, могут только пользоваться деньгами — приобретать с их помощью товары или услуги друг у друга, — но не изменять объем денежной массы в экономике.
Денежно-кредитная иерархия
Источник: материалы Вадима Грищенко
«На втором, более высоком уровне находятся коммерческие банки, и они как раз создают деньги при взаимодействии с более низким уровнем системы, — отмечает Вадим Грищенко. — При этом, когда им нужно что-то друг у друга купить, они используют банковские резервы». Банковскими резервами называются средства, которые коммерческие банки хранят на счетах в центральном банке для обеспечения ликвидности, покрытия рисков и выполнения обязательств перед клиентами. Банки используют резервы для расчетов между собой подобно тому, как «небанки» используют деньги. Резервы делятся на обязательные (поддерживаемые в соответствии с требованиями центрального банка) и избыточные (сверх этих сумм) и могут изменяться в том числе при операциях между представителями различных уровней финансовой системы.
«Допустим, человек приходит в банкомат и снимает деньги с карточки, — поясняет эксперт. — До этого коммерческий банк, имея некий объем банковских резервов на своем счете в центральном банке, заказал у него наличные деньги. У коммерческого банка эти средства списались, резервы уменьшились, наличные на инкассаторских машинах были привезены в банк и попали в банкомат. Когда человек приложил карточку и банкомат выдал ему наличные, денежная масса никак не изменилась. А вот объем резервов коммерческого банка (ликвидность) сократился, потому что он потратил свои резервы, чтобы купить у центрального банка эту ликвидность и выдать ее своему клиенту».
На третьем, самом высоком уровне иерархии находится как раз центральный банк, являющийся эмитентом денег и резервов.
Согласно концепции частичного резервирования, банковские резервы играют важную роль в процессе мультипликации денег. «Логика такая: в банк приносят 100 рублей депозитов, банк откладывает, к примеру, 20% этой суммы (условный норматив обязательных резервов, должен вводиться центральным банком — Ред.) на случай непредвиденных платежей. На следующем шаге, имея свободные 80 рублей, банк выдает кредит на эту сумму. Потом заемщик этого банка расплачивается со своим контрагентом в другом банке, и эти 80 рублей из первого банка переходят во второй, который также отложит из них 20%. Процесс повторяется много раз, банки с этих 100 рублей выдают десятки кредитов, у заемщиков появляются новые депозиты или новые средства на расчетных счетах благодаря резервированию. Так денежная масса увеличивается внутри системы, без дополнительной эмиссии денег со стороны центрального банка», — объясняет Вадим Грищенко.
Процентные ставки важнее резервов
Экономическая теория традиционно утверждает, что объем выдаваемых кредитов — и, следовательно, денежной массы — ограничен уровнем резервов, установленным центральным банком и обеспечивающим проведение платежных транзакций. Эксперт, однако, подчеркивает, что сегодня банки могут потенциально выдать неограниченный объем кредитов, благодаря межбанковскому кредитованию. «Допустим, есть два банка: первый проводит платеж во второй, т.к. его заемщик расплатился с контрагентом, обслуживающимся во втором банке, — поясняет Вадим Грищенко. — Соответственно, из первого банка "утекла" часть банковских резервов. Казалось бы, вот оно — ограничение… Но первый банк может в тот же день прийти во второй (куда перешли резервы) и взять их же в кредит. С ликвидностью снова все хорошо!»
Одновременно с этим, важно понимать, как классическая теория мультипликации соотносится с современной практикой, отмечает эксперт. В традиционной модели рост денежной массы объясняется через связь между денежной базой, резервами и нормативами резервирования. Чем ниже требования к резервам, тем больше кредитов могут выдать банки, а значит, тем быстрее расширяется денежное предложение. Таким образом, денежная масса формируется как результат последовательного перераспределения депозитов и кредитов внутри банковской системы.
Однако, как подчеркивает Вадим Грищенко, в современных финансовых системах данная логика все чаще уступает место иной модели. Банки сегодня не обязаны ждать притока депозитов, чтобы наращивать кредитование. При необходимости они могут привлечь ликвидность на межбанковском рынке (как в случае выше) или получить ее от центрального банка. В результате ограничение со стороны резервов перестает быть ключевым фактором. Возможности кредитования все больше определяются спросом на заемные средства и условиями процентной политики.
Эти изменения подтверждаются и эмпирическими исследованиями. Так, результаты анализа российской статистики, отмечает эксперт, показали, что ни объем резервов, ни денежная база не имеют устойчивой связи с динамикой денежной массы. Наиболее значимым фактором оказался уровень процентных ставок, отражающий состояние спроса на деньги. «Особенно заметно это проявилось после 2013 г., когда усилилась роль процентного канала трансмиссии денежно-кредитной политики», — объясняет Вадим Грищенко.
Ключевые показатели баланса российского сектора и денежная масса (М2)
Источник: материалы Вадима Грищенко
В то же время эксперт отмечает, что в современной модели именно ставка становится ключевым инструментом регулирования. По словам Вадима Грищенко, сегодня «ставки экзогенны (задаются решением регулятора — Ред.), а деньги эндогенны (возникают в результате экономической деятельности — Ред.)»: регулятор задает стоимость ресурсов, а объем денежной массы формируется в ответ на потребности экономики. В прошлом ситуация была обратной, когда именно предложение денег определяло уровень процентных ставок.
«В рамках инфляционного таргетирования (нынешняя заявленная политика десятков центральных банков по всему миру, в том числе Банка России — Ред.), — подчеркивает эксперт, — классические монетаристские показатели, такие как скорость обращения денег, утратили прежнее значение. Хотя они сохраняются в статистике и используются для справочного анализа, в практической денежно-кредитной политике центральные банки опираются на более сложные модели, учитывающие ожидания, выпуск и финансовые риски».
В качестве примера Вадим Грищенко приводит модель взаимодействия спроса на деньги и их предложения со стороны банковской системы из собственной статьи, опубликованной в Cambridge Journal of Economics. Модель показывает, что инфляция и динамика денежной массы формируются не односторонними решениями регулятора, а как результат реакции экономики на изменения ставок, доходов и условий кредитования. Для выделения влияния отдельных факторов используется порядок идентификации по Холецкому (вариант выбора последовательности переменных в модели — Ред.), который помогает статистически разделить эффекты спроса и предложения денег и оценить, какой именно механизм оказался определяющим в конкретный период.
Таким образом, современная денежная система представляет собой не жестко управляемый механизм, а гибкую структуру, в которой решения регулятора, действия банков и поведение экономических агентов постоянно оказывают влияние друг на друга. Понимание этих связей позволяет по-новому взглянуть на роль центрального банка, границы его влияния и реальные возможности денежно-кредитной политики. В этом контексте анализ процессов создания денег становится не абстрактной теорией, а инструментом для оценки устойчивости экономики и ее способности адаптироваться к внешним и внутренним вызовам.
Вадим Грищенко выступал в рамках вебинара программы онлайн-магистратуры НИУ ВШЭ «Экономический анализ» (модератор встречи — академический руководитель программы, профессор ФЭН НИУ ВШЭ Елена Вакуленко). Мнение эксперта может не совпадать с официальной позицией Банка России, официальной политикой или решениями регулятора.