Проектно-учебная лаборатория экономической журналистики

Школа сожительства

Коливинги появились на российском рынке недвижимости совсем недавно, но уже успели стать предметом жарких дискуссий. Но действительно ли такая концепция проживания пользуется популярностью? Что коливинги из себя представляют, в каком направлении развиваются и успели ли они повлиять на рынок недвижимости, разбирается стажер Лаборатории экономической журналистики Михаил Воронин.

Кадр из фильма «Лицо со шрамом», режиссер Брайан де Палма. США, 1980

Кадр из фильма «Лицо со шрамом», режиссер Брайан де Палма. США, 1980

Как и большинство других трендов, современная концепция коливингов зародилась в крупных городах США, потом стран Западной Европы, а затем и другими крупными мировыми центрами. Идея коливингов логически развивает идею коворкингов: если людям понравилось покупать подписку на удобное рабочее пространство, где можно взаимодействовать с людьми, напрямую не связанными с ними по профессиональному признаку, почему бы не добавить к этому жилые комнаты?

Этой идеологии придерживались первые коливинги, представлявшие из себя квартиры или дома с несколькими комнатами и большой общей зоной-кухней, где удобно было бы работать и совместно проводить время. Обычно в коливингах сдают комнаты в аренду, так как живут в них в основном небогатые молодые люди, либо учащиеся, либо только начинающие свой карьерный путь.

 

 

Однако с появлением коливингов на российском рынке данное понятие трансформировалось в нечто более аморфное. Уже встречаются коливинги разных размеров и с разным количеством удобств, рассчитанные иногда на значительно более богатую аудиторию. Тот самый коливинг-небоскреб, который сейчас строится у Ботанического сада, по сути, противоречит ключевой идеи коливингов. Он является обычным ЖК с квартирами стоимостью от 8 млн рублей за квартиру-студию площадью 20м2.

Более того, этот жилой комплекс иллюстрирует собой другой тренд, согласно которому застройщики, помимо непосредственно жилья, организуют в строящихся ЖК магазины, рестораны, фитнес клубы, детские площадки, школы и прочее. Конечно, таким образом они тоже неизбежно формируют комьюнити жильцов и создают условия для их общения. Но такие дома или жилые комплексы существуют давно, даже в СССР их строили с начала 1930-х годов. Они не являются чем-то инновационным. Но что самое главное, их сложно назвать коливингами, потому что квартиры в них: а) дорогие б) надо покупать/брать в долгосрочную аренду. Это противоречит ключевой идеи коливингов, которые должны быть недорогим жильем и предполагать высокую мобильность арендаторов.

Так в чем же причина такого размывания границ? Судя по всему, само слово «коливинг» стало так популярно, что им явно злоупотребляют и применяют в не самых подходящих ситуациях. Стильное, модное, молодежное название используют, чтобы продать что-то уже давно существующее. Отсюда и появляются рассуждения вроде «Коливинг: новый формат жилья или советская коммуналка?». При этом, полноценных коливингов в западном понимании этого слова в России очень мало.

Разобраться в этом парадоксе нам поможет отчет PricewaterhouseCoopers о рынке недвижимости в РФ за 2020 год. По мнению экспертов PwC, в России практически отсутствует целевая аудитория для такого вида жилья. Запуск коливинга требует значительных вложений, что сказывается на цене комнат. Большая часть населения России не сможет позволить себе проживание в них, другие же предпочитают в аналогичных ситуациях снимать квартиры с друзьями. Все это приводит к тому, что лишь 31% опрошенных PwC предпринимателей видят потенциал в рынке коливингов, в то время как аренду квартир и апартаментов считают привлекательными 49% и 77% респондентов соответственно.

Получается, что бизнес не видит смысла вкладываться в коливинги, а потенциальные клиенты – жить там? И да, и нет.

Несмотря на малый реальный спрос, сама идея «коливинга» явно пришлась по душе большому количеству людей, поэтому его и стали использовать для других проектов. Это значит, что морально население жители России (уж Москвы так точно) морально готово к проживанию в коливингах и, скорее всего, предпочли бы его обычным квартирам, где ты можешь годами не встречать своих соседей. Другое дело, что в материальном плане россияне не могут позволить себе позволить жизнь в классическом коливинге (с ценами 40–50 тысяч рублей в месяц за комнату).

В целом, ситуация очень напоминает время, когда в России только появлялись хостелы. Горели споры о том, что же это за явление: красивое название ночлежки или нечто принципиально новое. Многие общежития, следуя трендам, стали именовать себя хостелами. Перспективы же действительно хороших хостелов были неочевидны из-за репутации отрасли в целом и высоких, относительно других вариантов, цен. И вот, спустя примерно 10 лет, история расставила всё по своим местам: люди в целом поняли, что подразумевает под собой это понятие, а сами хостелы сформировали свою нишу и захватили значительную долю рынка гостиничных услуг.

Рынок коливингов пока еще даже не сформировался, но, несмотря на все обстоятельства, кажется, что через какое-то время общество поймет все их плюсы, а сами они трансформируются под особенности российского рынка. Но пока отрасль, несмотря на информационный шум, остается в зачаточном состоянии.