• A
  • A
  • A
  • АБB
  • АБB
  • АБB
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
ФКН
Глава в книге
Субъективное благополучие и неблагополучие россиян в контексте осуществленных преобразований

Мареева С. В.

В кн.: Двадцать пять лет социальных трансформаций в оценках и суждениях россиян: опыт социологического анализа. М.: Весь мир, 2018. Гл. 3. С. 57-79.

Препринт
Структура зарплат в российской экономике: что говорят данные предприятий

Солнцев С. А., Рощин С. Ю., Сидорова А. С.

Научные труды Лаборатории исследований рынка труда. WP15. НИУ ВШЭ, 2018. № 1.

"При введении Базель III+ целесообразно сохранить расчет по текущему подходу, но с иными параметрами". В Высшей школе экономики прошел круглый стол по обсуждению грядущих изменений в регулировании рыночного риска для банков

С основным сообщением выступил Алексей Лобанов, директор департамента банковского регулирования Банка России. Он рассказал об эволюции после кризиса 2007-09 гг. требований к капиталу банков на покрытие рыночного риска, и отметил, что изначально, когда в Базельском комитете по банковскому надзору (БКБН) была начата работа над фундаментальным пересмотром торгового портфеля (Fundamental Review of the Trading Book, FRTB), не планировалась разработка каких-либо упрощенных подходов к оценке рыночного риска. Тем не менее, уже после принятия и опубликования нового стандарта БКБН по оценке рыночного риска, вступающего в силу с 2019 года, регуляторы обеспокоились сложностью новых требований и решили создать более простую альтернативу.

 При этом, выбирая между возможностями разработать иной, упрощенный, подход или сохранить основанный на правилах «Базеля 2,5» стандартизированный подход к оценке рыночного риска, эксперты БКБН предложили оба варианта в 16-страничном консультативном документе (http://www.bis.org/bcbs/publ/d408.htm), который и стал поводом для «круглого стола». Поэтому Алексей Лобанов сформулировал повестку «круглого стола» в форме двух ключевых вопросов. Во-первых, какой из этих двух вариантов является предпочтительным для российских банков. Во-вторых, если таковым является предлагаемый упрощенный стандартизированный подход к оценке рыночного риска, то необходимо ли предложить какие-либо уточнения или изменения к консультативному документу.

 В рамках дискуссии выступил Сергей Николаевич Смирнов, заведующий лабораторией по финансовой инженерии и риск-менеджменту НИУ ВШЭ. Он отметил, что у предложенного подхода есть ряд фундаментальных проблем. Во-первых, повышение чувствительности оценок риска к малым изменениям факторов риска не гарантирует надежных результатов при значительных изменениях, которые имеют место в кризис. Во-вторых, заложенная в FRTB возможность у регулятора менять параметры требований («подкручивать» регулирование) создает существенную неопределенность для банков, поскольку они не могут предположить масштабов таких изменений и адекватно учесть их в своей стратегии. В-третьих, оценка процентного риска в FRTB основана на предпосылке о наличии кривой безрисковой доходности, что из-за малого объема кредитов с плавающей ставкой в России делает такие оценки неустойчивыми и непригодными для использования в регулировании.

 Среди иных важных комментариев, высказанных в ходе круглого стола, были следующие. Во-первых, банки, которые провели пробные расчеты по стандартизированному и упрощенному стандартизированному подходам FRTB, отметили, что трудоемкость вычислений согласно этим подходам примерно равная, а требования по капиталу существенно выше по упрощенному подходу, что делает последний непривлекательным для банков. Поэтому в целом банкам предпочтительнее вести расчет по текущему стандартизированному подходу, пусть и с перекалиброванными в сторону большего консерватизма параметрами (если, конечно, регуляторы примут такое решение), поскольку под такой расчет уже готова инфраструктура, чем вкладывать средства в ее создание для расчета рыночного риска по новому подходу, который при своей сложности не является гарантией большей устойчивости банка к кризису.

 Участниками дискуссии было также отмечено, что банки поддерживают наличие опции исключения из расчета требований к капиталу валютного риска (как это было в Базель I и II) или даже всего рыночного риска (как это было в России еще в Положении Банка России № 89-П) в случае, если торговый портфель является несущественным по объему. Однако ни одного из этих вариантов не предусмотрено ни в стандартизированном, ни в предлагаемом упрощенном стандартизированном подходах FRTB. В развитие данной идеи было отмечено, что регулятор сам должен быть заинтересован предложить простой подход без вариативности, который не дает простора для недобросовестного  поведения банков (именно руководствуясь таким принципом после 2007-09 гг. был введен показатель финансового рычага, не предполагающий взвешивание активов по уровню риска). Один из участников сравнил продвинутость нового подхода с современными смартфонами, не имеющими разъема для подключения наушников – хотя уровень развития мысли в таком случае покоряет, для практической деятельности хочется «вернуться в прошлое».

 По итогам круглого стола российским отделением PRMIA были подготовлены комментарии, отражающие мнение российского банковского сообщества, и направлены в Базельский комитет. Спустя квартал можно ожидать, что БКБН раскроет на сайте комментарии, поступившие из других стран, чтобы сравнить актуальность и востребованность поднятых на «круглом столе» вопросов. Время покажет, насколько БКБН прислушается и учтет высказанные комментарии при разработке нового регулирования рыночных рисков, поскольку сроки его введения в действие приближаются.

 

Основная презентация Алексея Лобанова:

УСП к расчету рыночного риска (Лобанов ВШЭ 27 09 2017).pdf 

 

Комментарии, отправленные в Базельский комитет:

2017 10 01 - d408 feedback 05+final.pdf

 

Фотографии  мероприятия: