• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
Публикации
Глава в книге
MADE IN ITALY:СЛИЯНИЕ ИННОВАЦИОННЫХ ТЕХНОЛОГИЙ И КУЛЬТУРНЫХ ТРАДИЦИЙ В ДИЗАЙНЕ

Николюк Д. П.

В кн.: Межвузовская научно-техническая конференция студентов, аспирантов и молодых специалистов им. Е.В. Арменского. МИЭМ НИУ ВШЭ, 2018. С. 256-257.

Я хочу, чтобы Высшая школа экономики действительно стала одним из ведущих университетов мира

В преддверии нового учебного года Жонибек Исомиддинов, студент 3 курса бакалаврской программы Экономика узнал у декана факультета экономических наук О.А.Замулина ответы на главные вопросы - что ожидает ФЭН в ближайшие пять лет, зачем нам иностранные студенты и международные специалисты, а также, не заменят ли профессию экономиста роботы

Как вы решили стать экономистом и почему вы выбрали именно эту профессию?

Это было веяние времени. Когда я учился в сибирском Академгородке в 80-е годы, то сначала думал, что пойду по стопам отца, стану программистом, математиком или кем-то в этом роде, потому что люди вокруг меня в основном становились учеными-технарями. Но был конец 80-х годов, вокруг ситуация менялась, было понятно, что плановая экономика долго еще не проживет, что нашей экономике нужно переходить на рыночные рельсы, и что, соответственно, потребуются люди, которые разбираются, как эти рыночные рельсы работают. Таким образом, меня эта тема заинтересовала, хотя понимал я тогда в экономике предельно мало, как раз хотелось и научиться. Ну а дальше затянуло.

Какие именно курсы вы читаете, и почему данные курсы важны для профессии?

Я читаю макроэкономику в том или ином виде на разных уровнях на разных программах. На первом курсе программ «Экономика» и «Экономика и статистика» я читаю НИС «Экономическое мышление», на втором курсе совместного бакалавриата НИУ ВШЭ и РЭШ я читаю промежуточную макроэкономику, в магистратуре я читаю продвинутую макроэкономику, которая обязательна для исследовательской программы и опциональна для других программ.

Макроэкономика – это моя специализация. Я занимаюсь макроэкономикой еще с аспирантуры. Это то, в чем я лучше всего разбираюсь, и то, что сильно интересует многих студентов, так как макроэкономика выходит на очень важные прикладные вопросы, такие как экономический рост, экономические колебания (фазы подъемов и падений) и действия центрального банка по нивелированию этих колебаний.

А, например, НИС «Экономическое мышление» - это вводный курс по экономике, важность которого заключается в том, чтобы объяснить, о чем думают экономисты, какие вопросы они задают. Для многих людей, начинающих изучать экономику, экономика очень быстро превращается в модели. И важно до того, как студент познакомится с этими моделями, обсудить сам предмет экономической науки. На самом деле этот курс я разработал еще лет 10 назад, когда работал в РЭШ, для совершенно другой программы: совместной программы Физтеха и АНХ. Затем аналогичный курс был внедрен в Совместный бакалавриат НИУ ВШЭ и РЭШ и впоследствии в образовательные программы «Экономика» и «Экономика и статистика».

Трудно ли вам быть деканом и, если да, то почему?

Деканом быть, конечно, трудно. Необходимо принимать большое количество решений, управлять очень сложным коллективом. Академический коллектив является сложным коллективом для управления по той причине, что он состоит из людей, которые выбрали профессию в ожидании академических свобод. Скажем, если человек работает в бизнес организации, то он встраивается в очень жесткую дисциплину. А в академии так нельзя, в академию люди идут именно для того, чтобы быть свободными: самим определять, какими исследованиями заниматься, когда им работать, во что одеваться и так далее. Соответственно, управлять академическим коллективом гораздо сложнее. Тем не менее, одной из важнейших задач является баланс между, с одной стороны, ответственностью, так как в академии также нужен результат, преподаватель должен заниматься наукой, но, с другой стороны, позволить людям реализовать себя именно так и в том, в чем они видят свой максимальный исследовательский потенциал и максимальную пользу.

Кроме того, перед университетом постоянно ставится огромное количество различных задач разной степени срочности, далеко не со всеми из них я согласен, но, тем не менее, они стоят, и эти задачи нужно выполнять. И, конечно, очень сложно совмещать административную работу с академической, потому что это очень разные вещи. Если вы хотите заниматься наукой, то вам нужно обо всем забыть, думать об исследовательском вопросе, а административная работа связана с постоянным решением срочных задач. Совмещать это практически не получается.

Вышка славится тем, что у нее много иностранных студентов. Зачем?

Есть разные ответы на данный вопрос. Отчасти от нас это ожидается как от ведущего университета. Раз мы ведущий университет, то мы должны экспортировать образовательные услуги и набирать иностранных студентов. Есть определенные задачи университета, связанные с набором иностранцев. Но нам иностранцы нужны не поэтому.

Нам иностранцы нужны потому, что они обогащают студенческую среду. Когда студент учится не только среди людей близких по культурным традициям, а с людьми, представляющими другие культурные традиции, он сильно обогащается в своем собственном культурном плане. Я всегда подчеркиваю, что, когда студенты учатся в ВУЗе, они учатся не только в аудиториях и у преподавателей, но также учатся друг у друга. И чем более разные студенты учатся на программе, тем больше возможностей для студентов познать что-то новое в общении со своими однокурсниками. В этом смысле я всегда говорю, что очень полезно и нужно в течение обучения, в особенности в  бакалавриате, поехать по мобильности в другую страну на семестр и пожить в другой среде. Это получается не у всех, но, тем не менее, мы стараемся как можно большему количеству студентов предложить такую возможность. А второй способ достижения того же самого это то, о чем вы спросили: здесь, внутри аудиторий на Шаболовке создать максимально мультикультурную среду.

Почему также важен международный рекрутинг преподавателей?

Это стратегическая задача университета. Но опять-таки это не самоцель, а средство достижения цели. Высшая школа экономики – это национальный исследовательский университет, мы стремимся в топ-100, собственно по двум рейтингам по экономике мы уже вошли в один год в топ-100, это QS и Times Higher Education в 2017 году, сейчас мы в топ 125 по обоим. И для того чтобы утвердиться в этих топ-100, не просто даже в формальных рейтингах, а в сознании большинства профессионалов и академиков в мире, нужно выходить на очень высокий уровень научных исследований. Соответственно, для этого нужно нанимать людей, которые имеют высокий потенциал именно с точки зрения научных исследований мирового уровня. Мы знаем, где такой потенциал имеется, люди, которые им обладают, как правило, обучаются в ведущих мировых аспирантурах, и соответственно мы должны нанимать оттуда преподавателей. Таким же образом поступают все ведущие университеты мира, мы здесь не изобретаем велосипед.

Академический рынок труда по экономике очень хорошо организован, есть четкая последовательность действий, четкая временная структура: с октября аспиранты со всего мира начинают искать работу, а университеты начинают нанимать выпускающихся аспирантов ведущих аспирантур. Наш факультет также участвует в данном процессе и каждый год нанимает по 2-3 человека. Это сложный процесс, но, тем не менее, мы строим коллектив, включающий в себя такого рода международных специалистов. И мы будем продолжать это делать. К сожалению, в России, кроме НИУ ВШЭ и РЭШ, никто системно этого больше не делает, и это плохо, в России должно быть несколько университетов, которые нанимают на мировом рынке.

Как изменился факультет экономических наук с тех пор как вы стали деканом? Что вы поменяли, и что менялось в Вышке за это время?

Особенно в первые годы моего деканства были совершены серьезные преобразования. Когда я сюда пришел, на нашем факультете было около 25 кафедр, мы изменили структуру факультета, вместо 25 кафедр теперь 5 более крупных департаментов: департамент теоретической экономики, департамент прикладной экономики, департамент финансов (ныне школа финансов), департамент статистики и анализа данных и департамент математики.

Второй шаг, который был осуществлен сначала на нашем факультете, а затем и во всей Вышке – организация управления образовательными программами отдельно от управления департаментами. Зачем это было сделано? При кафедральной структуре существовала такая проблема, что кафедры имели стимул увеличивать свое собственное пространство и создавать большое количество дисциплин в разных программах, а также увеличивать количество самих образовательных программ. Это вело к раздуванию учебных планов, студенты одновременно изучали очень много дисциплин, многие дисциплины дублировали друг друга, то есть, не было системы в образовательном процессе, такие дисциплины могли быть нелогично построены в хронологическом порядке. Поэтому мы сделали следующее: департаменты отвечают за развитие коллектива, то есть, задачей департамента является создание коллектива, который умеет вести исследования и преподавать в определенной широкой области: в теоретической экономике – макро и микроэкономика; в департаменте прикладной экономики – различные приложения, эконометрика, экономика труда и общественного сектора; в школе финансов – все, что связано с финансами и так далее, то есть это именно коллективы людей, а образовательные программы – это учебный процесс, учебный план, набор студентов, и привлечение преподавателей из департаментов нашего или других факультетов для того, чтобы они вели предметы в рамках образовательных программ. Таким образом, мы смогли построить более стройные образовательные программы, было упразднено дублирование дисциплин, учебный план построен не с точки зрения обеспечения нагрузки для преподавателей кафедр, а именно с точки зрения потребностей программы, а дальше уже департаменты обеспечивают эти программы преподавателями. На мой взгляд, преимущества такой системы довольно очевидны, хотя мы, конечно, что-то и потеряли в процессе преобразований, так как любое изменение, даже если оно ведет к лучшему, имеет какие-то отрицательные стороны: все-таки кафедры были своего рода мини социумами, где люди работали близко друг к другу, сейчас мы в некотором смысле это утратили, так как департаменты крупные и там работает много людей. Но, тем не менее, мы смогли систематизировать и кадровую работу, и подход к управлению образовательными программами. С нашего факультета все начиналось, но впоследствии эти преобразования распространилось на весь университет. Это одно из первых преобразований, но с тех пор, конечно, было и много других преобразований, связанных, в том числе, и с интернационализацией (набор иностранных преподавателей и студентов).

Какое будущее, по-вашему мнению, ожидает факультет экономических наук, как вы его видите через 5 лет?

У нас довольно четко поставлены приоритеты, в каком направлении нам нужно развиваться. В первую очередь, мы должны развивать уровень научных исследований, которые осуществляют преподаватели нашего факультета. Я бы сказал, что за последние 10 лет мы сделали очень заметный рывок в плане качества исследований, наши коллеги стали публиковаться в журналах самого высокого международного уровня. Но пока таких публикаций довольно мало. Поэтому я считаю, что главная задача, которая перед нами стоит – это увеличить количество публикаций в действительно передовых журналах. Это очень важно.

Часто задают вопрос: почему важно, чтобы преподаватели были одновременно и хорошими учеными? Мы знаем, что далеко не всегда такое сочетание работает, иногда бывают отличные ученые, которые совершенно не умеют преподавать, и, наоборот, бывают талантливые преподаватели, которые мало что представляют из себя с точки зрения научных исследований. Тем не менее, такое сочетание крайне важно, потому что если вы не занимаетесь научными исследованиями, то очень быстро теряете понимание того, что сейчас является передним краем науки, вы начинаете преподавать устаревшие парадигмы и теории, вы не даете студентам понимания, куда движутся исследования. Поскольку я сам сейчас занимаюсь административными делами, мне не хватает времени на научные исследования, и я чувствую, как я начинаю отставать даже в собственном преподавании. Именно поэтому университет настаивает на том, что большинство преподавателей должно заниматься так или иначе научными исследованиями.

Опять-таки в интернационализации, о которой мы с вами говорили, еще есть требующие улучшения моменты: у нас по-прежнему не так много иностранных студентов: важно и увеличить их количество, и что самое главное, повышать их качество. Мы должны сделать так, чтобы иностранные студенты, которые к нам шли, по своему уровню ничуть не отставали от российских студентов. Это очень сложно, так как российские студенты, которые приходят в Вышку - это лучшие студенты в России. Лучшие студенты в других странах, как правило, выбирают Гарвард, Кембридж и другие вузы этого уровня. Конкурировать с такими университетами очень сложно. Тем не менее, такая задача перед нами стоит, и я уверен, что мы с ней справимся, так как образование, которое мы даем, действительно мирового уровня и нам нужны мирового уровня иностранные студенты.

Что вам больше всего нравится в вашей работе?

Больше всего нравится общение со студентами. Именно ради этого большая часть преподавателей и работает. В преподавательской работе очень много бюрократии, она раздражает, очень много вещей, с которыми не хотелось бы возиться, но приходится, однако это все окупается тем, что мы видим реальные эффекты своей работы: мы видим студентов, которым нужны знания, которые за ними тянутся, мы эти знания даем и видим, как приходящие со школьной скамьи еще довольно зеленые студенты потом за четыре года выходят уже людьми совершенно другого уровня, готовыми к очень сложным и важным задачам.

В последнее время технологии развиваются очень быстрыми темпами и многие профессии заменяются цифровыми технологиями, как это может отразиться на профессиях, связанных с экономикой?

Экономика – это направление, которое готовит к очень большому количеству профессий, выпускники работают в академии, в финансовой сфере, в инвестиционном банкинге, в страховых компаниях, в консалтинге, в госструктурах; в этом смысле экономика отличается от стоматологии, где готовят к одной конкретной профессии. Но и внутри экономики, конечно, есть профессии, которые четко видоизменяются благодаря цифровым технологиям, к примеру, профессия бухгалтера. Все профессии, где есть рутина и стандартизация, автоматизируются. Означает ли это, что эти профессии вообще умрут? Совершенно необязательно. Просто они преобразуются. Во всех этих профессиях есть творческий элемент, когда вы ищете принципиально новые решения, когда вам нужно принимать решения в условиях неопределенности. Грубо говоря, робот сможет справляться до определенного уровня, а дальше нужен будет человек. Чем больше робот сможет сделать, тем более творческие задачи будут оставаться для людей. Люди никуда не денутся. Просто будет высвобождаться время по мере того как роботы будут замещать людей, и соответственно люди будут заниматься творческими вещами. Собственно, этот процесс шел всегда, весь научно-технический прогресс с древних времен в этом и заключался: машины заменяли какие-то функции, которые выполнял человек, а высвободившиеся люди занимаются более творческими, осмысленными вещами. То же самое и здесь: все что можно скинуть на компьютер будет скинуто на компьютер, но человек никуда не денется. Экономика готовит к разным профессиям, они все так или иначе связаны с принятием решений, со сравниванием выгод и издержек, поэтому творческая часть здесь будет оставаться всегда. Именно поэтому в обозримом будущем я не вижу уменьшения спроса на людей с экономическим образованием.

Какая у вас мечта?

Я хочу, чтобы Высшая школа экономики действительно стала восприниматься как один из ведущих университетов мира.